Поездки

На Афоне в преддверии юбилея тысячелетия русского присутствия


Часть 1


Скажу честно: побывав на Афоне однажды, я больше не собирался. Как говорится, «отметился», «охватил» - всё. Но кто устоит, когда тебе преподносят «на блюдечке с голубой каемочкой» возможность благотворительного паломничества. Почему не поехать: ведь я во многих местах не был, прежде всего, в славянских обителях: Хиландаре, Зографе, в Эсфигмене, наконец.


В самолете читаю статью об Афоне, снятую перед отъездом с интернета. Статья была подписана человеком с русской фамилией и указан город, где она была опубликована – Афины. Вот некоторые выдержки из нее: «Гражданский губернатор Афона потребовал от Кинота негативно отреагировать на инициативу России в 2016-м году провести празднование 1000-летия русского присутствия на Афоне. Кинот поддержал». Автор пишет, что греки считают русских варварами, которые должны платить грекам за приобщение к вере. Что русские незаконно вторглись на Афон, и что настоящее монашество может быть только у греков. Андреевский и Ильинский скиты плюс сотни русских келий и колив были захвачены греками. Хотели даже захватить Пантелеимонов монастырь (об Андреевском ските я слышал другое: его предлагали взять Пантелеимонову монастырю, но был отказ). В 1912-м году русских среди насельников Афона было более половины (около 5 тысяч), в настоящее время их около ста. Особо сильная угроза для русского присутствия была в правление «черных полковников» (1967-1974 гг.). В это время (1968 г.) в Пантелеимоновом монастыре произошел пожар, последствия которого сказываются до настоящего времени. Кстати, в прошлом году на Афоне тоже был сильный пожар – едва не сгорело пол Афона. Пожарные не могли справиться с этим бедствием. Спас положение только обильный дождь. О нем усердно молились насельники Святой Горы. Греция и Европейский Союз периодически обращаются к афонитам то с елейными предложениями, то с категорическими требованиями об открытии гостиниц, ресторанов и пляжей, разрешении входа в обители женщинам. ЕС ежегодно выделяет афонским обителям десятки миллионов евро (сразу вспоминается: «безплатный сыр бывает только в мышеловке»). Много говорилось в статье о Ватопеде и его настоятеле о. Ефреме. Когда я показал эту статью своим благодетелям, они, прочитав, однозначно отреагировали: «Статья заказная. Мы давно знаем о. Ефрема и не согласны с тем, что здесь о нем написано». В Урануполисе в ожидании парохода наши благодетели устроили обильную трапезу: рыба, крабы, сыры, помидоры и огурцы как будто прямо с грядки: сочные, вкусные, отнюдь не резиновые. Приятное светлое вино – настойчивое угощение им наталкивалось на «правило трех рюмок» - давнее правило у нас на приходе воздерживаться от принятия более трех рюмок некрепкого вина. Обильная трапеза, с одной стороны, укрепляла физические силы перед предстоящими немалыми испытаниями на Афоне: многочасовые службы, длинные переезды, а частично и переходы с вещами от монастыря к монастырю. С другой стороны, оплотняется материальное начало в человеке – невольно вспоминаешь Лествичника, который пишет, что человек, утучняющий свою плоть, подобен птице перекормленной – взлететь она не может – так и человек не может духовно воспарить горе?. Особенностью трапезы было то, что каждому ее участнику было предложено сказать слово, что, несомненно, сближало людей. Читаю на пароходе описание афонских обителей. Запомнилось об Эсфигмене: «в монастыре мощное монашеское братство, являющееся примером твердой приверженности монашеским традициям».


Первой обителью, которую мы посетили, был монастырь Св. Павла. Наши благодетели были здесь особенно желанными гостями – благодаря им был устроен новый ковчег для Даров волхвов, недавно побывавших в Москве. Из кельи обители открывается особенно прекрасный пейзаж. Монастырь, с одной стороны, находится высоко в горах, с другой, как бы в ущелье. Храм в центре монастыря был построен в 40 –е годы 19-го века. Запомнился контраст между не очень большим храмом и высокими стенами и башнями. Ровно в 20.00 по европейскому времени несколько ударов в колокол возвестили начало малого повечерия. Я подумал: «А почему бы не минут за 15 – ведь нас поставили перед фактом, что молитва уже началась». После отпуста, по моему наблюдению, не последовало чина прощения, даже в усеченном, скомканном виде. А что, разве не было недоразумений за день, разве нет необходимости «подвести черту» под неизбежными искушениями и напрягами во взаимоотношениях за прошедший день? На отпусте, поминая ряд святых, служащий иеромонах постоянно крестился. Но, во-первых, на малом повечерии (по-старому: павечерница) поминаются только «преподобные и богоносные отцы», а во-вторых, тут по уставу вообще не крестятся (только поясной поклон в конце отпуста). Замечу, что чина прощения не было и в конце полунощницы. На ночной службе вычитывали все часы (в афонских обителях бывает по-разному – иногда ограничиваются только 1-м часом в конце утрени и сразу начинают Литургию; в этом случае 3-й и 6-й час предлагаются для келейной молитвы). Обратил внимание, что перед Апостолом возглашался только первый стих прокимна, а после Апостола чтец только трижды возглашал «аллилуия» (так везде на Афоне). Утреня совершалась в главном приделе храма, а Литургия – в правом (по старообрядной же традиции – там, где утреня, там и Литургия). Литургия началась сразу со слов «Благословенно Царство». На антифонах ограничились двумя стихами. В конце великого входа было одно поминовение: «Всех вас…» После Литургии по афонскому обычаю вынесли все святыни для поклонения. Некоторые паломники, наклонившись, просили поставить ковчеги с мощами себе на голову. Поклонялись частице Животворящего Креста, нательному кресту основателя обители, большим частицам мощей Трех Святителей, прп. Максима исповедника, главам мучениц  Агафии и Нимфодоры, лобной части главы великомученика Пантелеимона и, конечно же, Дарам волхвов. Интересной была беседа на литургические темы с одним насельником обители, приехавшим из России. На все мои сетования на явные упущения в литургической сфере он так реагировал: «греческая традиция более гибкая, живая, а русская – закостенелая». Запомнилось еще такое из разговора: «Греки, в случае, если Причастие заканчивается, спокойно доливают вино в Чашу. На Преждеосвященной Литургии они придерживаются такой позиции: при опускании освященного Агнца в Чашу с вином, оно претворяется в Кровь». А по служебнику Патриарха Иосифа – после этого в Чаше остается вино. У греков, как и у старообрядцев, совершительной формулой на Литургии св. Василия Великого являются слова «излиянная за мирской живот» (у греков – «за жизнь мира»). По поводу реформы патриарха Никона: «Греки, по сути, ничего не знают об этой реформе, только слышали, что она была. Нужно было оставить двуперстие тем, кто хотел его придерживаться. Раньше вообще крестились одним перстом».


На утрени, в конце двупсалмия, было только одно прошение (по уставу должно быть три). Начиналась утреня после полунощницы с возгласа, после которого сразу читалось двупсалмие без «Трисвятого» и «Приидите поклонимся». Интересная особенность утрени в афонских монастырях: читаются 1-я, 3-я и 9-я песни канона, а вместо остальных – библейские песни.  При пении «Величит душа Моя Господа» никто из монахов не снял камилавку; в конце припевов «Честнейшую Херувим» никто не крестился и не кланялся, как это положено по уставу. В праздничные дни величаний не бывает – «это русская традиция, на основании Устава Великой Церкви, а у нас на Афоне – устав прп. Феодора Студита – он более аскетичный» - пояснил нам инок. Еще он отметил, что у греков меньше благоговения. К жертвеннику, например, у них более обыденное отношение: могут положить на него камилавку, например. На мое замечание, что у них не практикуется крестообразное каждение икон и молящихся, он заметил: «Это делается ручной кадильницей – кацеей, а не кадилом на цепочках». На мой прямой вопрос, как он считает, афониты и вообще греки в полноте ли сохранили литургическое наследие, ведь они пережили две унии и несколько веков были под Османским игом, инок ответил: «Может, что-то и упустили, но в основном все сохранили».
Одно из самых грустных моих впечатлений на Афоне, как в первый приезд, так и сейчас – это то, что устав о поклонах у них в полном небрежении: редко кто перекрестится на «Святый Боже», «Аллилуия», «Приидите поклонимся», в конце «Честнейшую Херувим». Нет общего поклона в конце «Тебе поем» и после «Достойно есть». Практически нет земных поклонов. Интересно, как у них на Марьино стояние, когда по уставу 930 земных поклонов и метаний? Боюсь, что мало что осталось. А ведь на старообрядных приходах (не монастырях!) на этой службе таких поклонов почти 1000! За все время пребывания на Афоне, я практически не видел, чтобы кто-либо из монахов или молящихся брал благословение у кого-либо из иеромонахов, кроме игуменов монастырей. Изредка только кто-то из паломников прикладывался к руке. Кстати, у униатов и католиков то же самое: благословение практически вышло из употребления.


Дохиар. Монах из России (из Владивостока) встречает русских паломников, проводит их к главной святыне обители – иконе Богородицы «Скоропослушница».  Память ее здесь отмечается 14 октября, а не 21 ноября, как у нас. Рассказывает об известном чуде у иконы (исцеление ослепшего трапезаря). Большой образ Богородицы впечатляет. Икона чудесным образом обновилась, холст с нее, сделанный в 19-м веке в России, был снят. Она очень почитается в России и на Украине. Много заказов в написании образа поступают оттуда.  Ежедневно после Литургии перед образом совершается молебен, составленный Никодимом Святогорцем в 18-м веке. На ризе, изготовленной в 19-м веке в России, Младенец с именословным благословением. Подумал: «Наверняка на оригинале – двуперстие, ведь риза изготовлена в Синодальный период, когда наше древнерусское благочестие было не в почете». На иконе большое количество крестов, панагий, различных украшений, изображений частей тела, даже фигурок животных – все в благодарность за исцеление. В сердцевине даров – панагия Патриарха Кирилла (его дедушка был жертвователем обители). У подножия иконы лежит даже кортик с инкрустированной рукоятью. Наш экскурсовод (быстрый, как юла; он еще и трапезарь – надо везде успеть) рассказывал, что Дохиарская обитель долгое время была в запустении – на ее территории росла высокая трава, было много змей и крыс. Братии было совсем мало, все монахи почтенного возраста. Возрождать обитель начал старец Григорий в 80-е годы прошлого века со своими учениками – именно сюда их направил о. Ефрем, игумен Ватопедского монастыря. Перед ночной службой было несколько волн призывов на подъем, вначале с помощью деревянного била, а потом через удары в колокол. Я подумал: «Оставь надежды всякий здесь лежащий». После службы была трапеза, после которой в течение двух часов монахи отдыхают и затем приступают к исполнению своих послушаний. Причащаются они каждое воскресенье. В Великом посту – на каждой Преждеосвященной Литургии. Причащаться можно и чаще при условии исполнения послушаний и посещения всех служб. На одной из арок внутри монастыря большой образ архангела Гавриила. У его ног – пораженный мечом поверженный турок: он хотел осквернить образ, за что был покаран. Ранее монастырь был посвящен свт. Николе, а после чудесного получения средств на возрождение обители предстательством архангела Гавриила посвящен был ему. В течение дня монастырскую тишину нарушал гармоничный перезвон колоколов. Как нам объяснили, это приезжий из Луганска налаживал колокола на монастырской колокольне. К вечерне также созывали интенсивные волны призывов через удары сначала в деревянное било, а потом в металлическое. Я подумал: «Не многовато ли?» У нас на приходе к вечерне созывают 12 ударов в колокол. Удары начинаются за полчаса до службы, после каждого удара читается 50-й псалом (в крайнем случае, звон начинается за 15 минут до службы; в этом случае после каждого удара читается Исусова молитва).


Перед вечерней в притворе храма читался 9-й час. Служащий монах сделал первый возглас, снял епитрахиль и расположился в стасидии слева от центра. Возгласы на 9-м часе «Яко Твое есть Царство» и «Боже ущедри» он произносил без епитрахили. Заключительную молитву 9-го часа читал наизусть. В конце 9-го часа был отпуст (у нас в России этот отпуст не делается, а после заключительной молитвы 9-го часа сразу произносится возглас к вечерне).  Перед каждой службой в ее начале служащий иеромонах проникновенно запевал пасхальный тропарь; второй и третий раз его пели по клиросам. Обратил внимание, что почти все подсвечники (они более высокие, чем у нас) крепились на трех небольших львах. Я подумал: «Ловко подрядили царя зверей для прагматических целей». Посмотрел на игуменское место и вздрогнул: подножие игуменского седалища базировалось на двух темно-коричневых тварях с выпученными глазами и оскалом больших зубов. Опять львы? Непохоже. Может быть, бесы, придавленные игуменской комплекцией?  Я так и не смог их идентифицировать: что-то типа собаки Баскервилей. И еще была такая мысль: «Ну куда смотрят привратники? Как они допустили войти в храм Божий этим мерзким тварям?» Более того, с подлокотников игуменской стасидии свисали два ползучих гада, что-то типа дракончиков. Вытянув острые языки, они грозно смотрели вперед. Как это понимать? Не приближайся к игумену с нехорошими дерзкими мыслями и настроениями, а то эти гады набросятся, ужалят и тогда несдобровать? Игуменское место с таким обрамлением – не слишком ли? Такие же твари, но без змей, в подножии и архиерейского седалища с левой стороны храма. В основании главного хороса подвешен кораблик – символика понятна, а вот посеребренные дракончики на нем – нет. Расположился в стасидии на левой стороне храма. Спохватился  было – это же женская сторона, а потом: ведь тут же отсутствуют представители второй половины человечества. Перед каждой ектеньей служащий иеромонах выходил из алтаря, снимал епитрахиль со столбца Царских врат и одевал ее. Не знаю, нужны ли такие частые облачения и разоблачения. После призыва служащего преклонить главы после короткого пения «Тебе Господи» наступала пауза, пока служащий дочитывал тайную молитву (у нас на приходе эта молитва покрывается протяжным пением «Тебе Господи», на других приходах тоже паузы нет, т.к. тайная молитва читается заранее). Окончание вечерни, начиная со слов «Премудрость», служащий произносил лицом к народу, задернув завесу. В принципе, служба цельная. А вот, допустим, где-нибудь на Украине – лоскутная: «Херувимская» - Бортнянского, «Верую» - киевским распевом, «Милость мира» - «На разорение Москвы» и т.д.


Увидев скромную пищу на ужине, подумал: «Основательно  «прижучивают» телесное начало. Строго блюдут, чтобы не подбрасывать дровишки в пламя страстей». Вспомнил приходские яства и, вздохнув, потребил двойную порцию. После трапезы прошел в беседку за ворота обители – в ее основании тоже львы, причем агрессивные. Намек на то, чтобы не задерживались и не опаздывали к отбою ее посетители? Увидел пожилого монаха в грязном, рваном подряснике, весь в саже, на плече – котенок. Несмотря на свой неопрятный вид, он явно был счастлив.
Большое впечатление произвело пение монахами после запричастного стиха параклисиса Богородице: без книг, с каждением кацеей в конце его. Была еще заупокойная лития. На обеде, увидев мидии и ракушки, салат с уксусом, с ностальгией вспомнил сырки, творожки и пр. содержимое приходской трапезы, вздохнув, подумал: «Трудно, братцы, мне с моим больным желудком дружить с вами».


После Дохиара отправились в Зограф, намереваясь по пути посетить скит о. Рафаила (Берестова). Оказалось, что он на значительном расстоянии от Зографа у самого берега моря. Трудная дорога - замысловатый серпантин вел к скиту известного старца. Но какое же это прекрасное место вблизи моря. Глаз радовали алые звездочки маков, вкрапленные в зеленый травяной фон. Просмотрел последнее интервью старца, посвященное Украине. Вот его тезисы: 1. Надо было законным образом смещать Януковича; 2. Пришедшие к власти еще хуже; 3. После них будет человек от Бога, при котором будет расцвет; 4. Юго-Восток Украины – Харьков, Николаев, Одесса, Херсон, а также Приднестровье – устоят, но все будет через кровь; 5. На Майдане использовались наркотики и оккультные методики; 6. Тимошенко – прирожденная ведьма.
В скиту провел 4 часа. Поприветствовал известного духовного писателя, инока Всеволода (Филипьева)  - он недавно стал монахом Салафиилом. Запомнилось сказанное им: постриженные в великую схиму у нас занимаются Исусовой молитвой с часу ночи до шести утра; мантийные монахи – до пяти утра, а послушники – до четырех. Литургия в небольшом храме, посвященном Царственным мученикам, совершается по воскресным и праздничным дням, часто по субботам, а также в ночь со среды на четверг. Вспомнили слова старца Серафима (Тяпочкина): «Кто на Украине и в Белоруссии будет противодействовать России – тот служит сатане». Вхожу в келью старца. Несмотря на теплую погоду, в ней довольно жарко – у старца проблемы с легкими, поэтому включена электроплита. Первая тема, которая была поднята в нашей беседе  - это грядущий Всеправославный Собор. «Мы очень встревожены, - сказал старец, - самое страшное – это римский папа во главе Церкви». С радостью отметил, что недавно Польская Православная Церковь возвратилась на старый стиль. Оказалось, что старец в курсе всех последних событий в Славянске. «На Украине может начаться настоящая война. Я очень переживаю за Юго-Восток Украины». Старец удивил знанием конкретики о тамошних событиях: сколько ополченцы сбили вертолетов, подбили БТР и т.д. «На границе с Россией вырыли ров шириной около 5 метров и глубиной 2 метра в надежде, что это заблокирует движение российских танков. Но современные модификации танков преодолевают препятствия, пролетая над ними расстояние до 18 метров». Тяжелые апокалипсические предчувствия. О расколе 17-го века: «Грядущий царь всех рассудит и всех примирит. До его прихода осталось столько лет, сколько пальцев на моей руке. Богородица даст скипетр и державу грядущему царю. Он уже есть, но скрыт до времени». Я посетовал на статьи против древнерусского благочестия на сайте «Москва - Третий Рим» А. Добычина. Старец: «Это не способствует примирению. Надо ему мягко и с любовью об этом сказать. Я за единство,  за объединение. Мы должны соединять, а не раздирать». Еще сказал: «Надо бороться против ересей, за чистоту Православия». Рассказал про встречу с владыкой Феогностом после антиэкуменического демарша отцов из Молдавии. Про свое житье-бытье в горах Абхазии. Некие фээсбэшники ему сказали: «Вы заказаны. Вам подбросят наркотики или оружие». Убийство старца было поручено русскому спецназовцу, воевавшему в Чечне на стороне боевиков (из Чечни он бежал, когда ему поручили расстреливать российских военнослужащих). После этого старцы благословили о. Рафаила ехать на Афон. Архимандрит Кирилл (Павлов) сказал батюшке: «Пиши и говори. Ничего не бойся. Я за тебя молюсь, и тебе ничего не будет». Угроз много: лишить сана и отлучить от Церкви. Претензии от фирмы, которая разрабатывает все проекты строений на Афоне. В ближайшее время, по словам батюшки, будет решаться вопрос с землей, пока владельцу земли – греку, живущему в Карее, выплачивается несколько тысяч евро согласно договору. Красочно батюшка рассказывал об аудиенции у Патриарха Константинопольского Варфоломея. Некоторое время о. Рафаил жил в Стамбуле, ожидая приема. Войдя в кабинет Патриарха, он взял благословение и стал на колени. Патриарх был очень возбужден, топал ногами и кричал: «Ты дерзкий человек, как ты смел прийти на Святую Гору, она моя, вон со Святой Горы» и т.д. Вопрос разбирался на Синоде Болгарской Церкви. Игумену Зографского монастыря было предписано удалить о. Рафаила с братией со Святой Горы. «Отец, побойся Бога – впереди Страстная седмица». Игумен смилостивился и разрешил еще оставаться на Страстной и Пасхальной неделях, после чего о. Рафаил уехал в Абхазию.


«Когда мы испытываем трудности, мы читаем молитву задержания. Господь нас не оставляет».


Действительно, по несколько месяцев ревизоры и гонители не могли добраться до обители о. Рафаила. Вызывали батюшку в Кинот. «Столько было клеветы и ложных обвинений!» - воскликнул батюшка. Ему предложили защищаться. Никаких прещений на него тогда наложено не было. Во время нашей беседы в келию старца вошел один монах и, держа в руке горсть редиски, торжествующе воскликнул: «Вот батюшка, у нас первый урожай!» (это был немец по национальности, принявший Православие). Я бы сделал замечание за несанкционированное вторжение, а старец только улыбнулся. Вспомнили лишенного сана Диомида (батюшка просил его не уходить в раскол), находящегося за штатом владыку Ипполита и т.д.
«Я всегда Вас поддерживал, помню и молюсь о Вас ». Подарил старцу лестовку, а он мне свои деревянные четки. В конце нашего общения я попросил у старца благословения пропеть Пасхальный тропарь по старопечатной книге. Он благословил и подпевал мне. Просветленными и утешенными уходили мы от батюшки. Я поинтересовался у о. Салафиила – есть ли сейчас старцы на Афоне? Он назвал о. Гавриила с Кареи, о. Григория с Дохиара, о. Парфения из Святого Павла, «Папу Яниса», и конечно о. Рафаила.


Спрашиваю старца, как он думает, вот мы в тревоге по поводу объявленного Всеправославного Собора с его повесткой, ревизирующей предание и каноны. А можно понять русских людей 17-го века, которым зачитали лаконичный текст Никонова распоряжения о  том, что отныне креститься не двумя, а тремя перстами?  Батюшка с пониманием закивал головой.
Запомнился рассказ о. Салафиила о том, как однажды мимо скита о. Рафаила проплывал пароход, на котором находилась большая икона Богородицы «Сладкое лобзание». Икона сильно заблагоухала. Паломник из России - владелец иконы - усмотрел в этом знак свыше  и решил оставить икону в скиту. Эту икону я видел в скитском храме, где отстоял вечерню.
В трапезной обратил внимание на изображение Минина и Пожарского и на монархический флаг. Ели гречневую кашу - я ее никогда особо не любил, но здесь с голодухи «намял» большую порцию вместе с великолепными помидорами и превосходным квасом.


В Зограф приехали к концу вечерни, во время пения  пасхальных стихир. В этой обители особо почитаются вмч. Георгий Победоносец, чудотворная «Акафистная» икона Богородицы. В период разрыва канонических отношений болгар с греками обитель оставалась в юрисдикции Константинополя. В росписи храма особое внимание обратило на себя изображение Зографских мучеников, пострадавших от латинян. Удивился, что был воскресный день, а свечи на хоросе и на паникадиле не зажигали (горели только две свечи на высоких подсвечниках). Всмотрелся в подсвечники и хорос, невольно возникло сочувствие ко множеству львят: по три медные фигурки их были в основании каждого подсвечника. А хорос был украшен множеством двуглавых орлов. Подумалось: «Ворвалась орава львов и налетело множество орлов». В этой обители нас опекал келейник игумена, который неплохо говорил по-русски (его мать - учительница русского языка). Этот инок высоко отзывался о трех русских насельниках обители.

На воскресной полунощнице два монаха с разных клиросов красивой погласицей пели канон Троице (без ирмосов). После канона уже по несколько монахов завершали полунощницу протяжным пением стихир. В это время «учиненный брат» быстро кадил весь храм и братию ручной кадильницей. После отпуста – краткий чин прощения. Утреня началась без двупсалмия. Протяжно трижды пропели пасхальный тропарь (во время его пения было опять каждение всего храма) и стали читать шестопсалмие. После трех кафизм пели непорочны, прокимны возглашали с клиросов. После прочтения Евангелия (его читали на болгарском языке лицом к народу – при этом мало кто снял камилавку), оно было сразу вынесено для прикладывания. Трезвон был почему-то в начале полунощницы и еще на часах (это понятно – перед Литургией). По 8-й песни канона почему-то вместо «Светися светися», как положено до отдания Пасхи, священник возгласил «Богородицу и Матерь Света…» Воскресные стихиры и великое славословие пели на два клироса. Обратил внимание на своеобразное возглашение «Мир всем»: священник при этом как бы прокручивался по кругу. По окончании 3-го часа по удару колокольчика наступила небольшая пауза: все наклонили головы, по-видимому, реагируя на заключительный момент проскомидии. После 6-го часа был отпуст, в конце которого священник раскланялся на три стороны. Возгласив «Благословенно Царство», игумен закрыл Царские врата и стал произносить великую ектенью (прошение о самом настоятеле обители возглашал другой священник). Служили три священника во главе с игуменом монастыря. Стихи антифонов попеременно с разных клиросов возглашали два монаха. На малый вход Царские врата открыли в самом конце пения заповедей блаженств. Во время пения Трисвятого воздевали руки. Апостол и Евангелие читали на болгарском языке. После прочтения Евангелия Царские врата были закрыты. На Херувимской песни вместо того, чтобы обоим клиросам сойтись на средине храма, певцы правого хора перешли на левый. Во время пения Херувимской камилавки не снимали. Каждение в это время было не только алтаря и иконостаса, но и икон части  храма, которая ближе к алтарю. Хоры и народ кадились со средины храма, сюда же совершался и великий вход. Своеобразной погласицей произносилась ектенья «Исполним молитвы». После призыва «Возлюбим друг друга…» хор вместо привычного «Отца и Сына и Святаго Духа…» неожиданно запел «Возлюблю Тя Господи, крепосте моя…» (эти слова священник трижды произносит в алтаре у престола). Подумал: «Куда смотрят контролеры из Кинота?» Пропели «Тебе поем», «Светися, светися» - никто почему-то не делает в конце этих песнопений великих поклонов. Да их и невозможно сделать, стоя в стасидиях. Молитву Господню не читали, как обычно это на Афоне, а пели. После возгласа «Святая святым» все сделали три поясных поклона (это стало последнее время замечаться и у нас в Москве). Пока священнослужители причащались, на левом клиросе монах с сильным болгарским акцентом прочитал канон св. Иануарию (в этот день отмечалась его память). После этого необычно было слышать чтение тех молитвословий, которые в обычном уставе именуются «изобразительные»: «Помяни нас, Господи», «Лик небесный» (по старому обряду все это читается после 9-го часа перед Литургией), 33-й псалом.

Игумен Кирилл (Сахаров)

 

На карте
Телефон: 8-495-959-08-62
Адрес: Берсеневская наб., 18
На карте
 
КонтактыНа главную На главную