Публикации

Монах на больничной койке

02.10.2015


Часть 4 …

После последней госпитализации (2 года назад), когда мне была сделана сложная операция, я думал: «Ну, теперь уж нескоро в следующий раз, без особой причины обращаться в больницу не буду». Но я забыл, что не только «от тюрьмы и от сумы», но и от больницы зарекаться не стоит. Прошла воскресная Литургия. Проповедь, благодарственные молитвы по Святом Причащении. До обеда еще целых 20 минут - можно «протянуть ноги» на постельном одре. Но что это? В области поясницы с левой стороны возникает острая боль. Она быстро нарастает и расширяется. Переношу обед на час позже, в надежде отлежаться. Тщетно. Боль зашкаливает, скручивает организм в дугу, от ее остроты (зубная боль отдыхает) я как на сковородке. Мутнеет сознание, покрываюсь испариной. Консилиум прихожан, имеющих хоть какое-то медицинское образование, категоричен - срочно необходимо вызывать «скорую». Такого еще в моей жизни не было! С ужасом представил себе, как с воем сирены, мигая разноцветными лампочками, к подъезду приходского дома подкатывает карета скорой помощи. Из нее выскакивает несколько санитаров. Убедившись в моем тяжелом состоянии, они погружают меня на носилки и быстро несут мимо притихших и приунылых прихожан к машине. «Скорая» на всех порах мчится в ближайшую больницу, где меня никто не знает, да и мест нет - располагают в коридоре рядом с такими же горемыками, некоторые из которых безнадежны.

Врач быстро определяет причину боли: «Пошел камень из почки». Укол баралгина притупляет боль. Я прихожу в чувство. До начала всенощной под праздник Рождества Богородицы остается час. Кое-как поклевав предложенные яства, побрел на службу. Где-то на середине службы боль стала возвращаться. Что делать? Завтрашняя Литургия под большим вопросом. Происшедшее ЧП сразу выявило наши слабые стороны, нашу неорганизованность: долго искали нужные телефоны и таблетки (аптечка была в «нокауте»). Четыре часа ожидаю но-шпу, в сердцах говорю помощникам: «Ну, в конце концов, хоть как собаке, бросьте мне кость!» Впереди перспектива бессонной ночи. О, как мучительно созревать до признания неотвратимости госпитализации! Планы, намеченные на неделю, рушатся пункт за пунктом: совершение молебна после Литургии в престольный праздник одного храма, поездка в одну из областей ближайшего Подмосковья, где была намечена плотная программа служения в руинированных сельских храмах, участие в их ремонте, раздача лекарств в сельские медпункты. После долгих колебаний, совещания с «ближним кругом бояр», решаюсь ехать в больницу. Начало 12-го ночи. В приемном крыле лечебницы пустынно. Здесь уже предупреждены о моем приезде. Доктор долго смотрел мои справки и что-то писал, изредка задавая мне вопросы. Взвешиваюсь - 103 кг! Я, смущенно: «Многовато». Доктор подтверждает. Сдача анализов. Я робко: «Позавчера только сдавал кровь». Доктор: «Это другая кровь, нужен новый анализ после прошедшего обострения». Закончив писать, доктор закрывает дверь и обращается ко мне: «Александр Сергеевич, я тоже верующий человек, христианин, я не взял ИНН. Но, поймите, не беря полис, Вы грешите, т.к. платить за Вас приходится другим». У меня вырывается: «Я готов платить!» Доктор продолжает: «Поймите, у Вас немало болезней (перечисляет), Вам придется и в будущем обращаться в больницу, а без полиса это невозможно. На Ваш случай здесь по-разному реагируют, есть ведь и неверующие люди, которые этим соблазняются. Вас принимают не из-за Вашей личности, а только из-за Вашего сана. Я советую Вам взять полис». Настроение спикировало вниз. Ощутил острый дискомфорт. В сердце усилилась тревога, казалось, что все начинают смотреть на тебя с укором и недоумением. Далее было подробное УЗИ, рентген. Слушая негромкие фразы медсестер, фиксирующие различные параметры состояния почек, подумал: «Сколько премудрости заключается даже в одном органе человеческого тела! Как он многосложно устроен и, в тоже время, как уязвим! И сколько премудрости в достижениях медицинской науки» (один из посетителей храма мне подробно рассказывал о сложной методике помощи тем, кто перенес инфаркт и инсульт). Что остается верующему человеку, которого просвечивают, прощупывают сантиметр за сантиметром? - Только усердная молитва, Исусова, прежде всего. Молитва во время страданий приобретает особую глубину и покаянный характер. Многим это знакомо по визитам в кабинет зубного врача. Глубокой ночью обследование заканчивается, и меня помещают в общую палату. Как и следовало ожидать, ночь прошла, практически, без сна - не только по причине стрессов накануне и тяжелого разговора с доктором в приемной, не только по причине болей, но еще и из-за храпа соседей. Это, кстати, одна из главных причин моих колебаний насчет госпитализации. Прошли те времена, когда при прежних главврачах мне обезпечивали привилегированное положение - всему наступает конец. На следующий день меня перевели в двухместную палату, но это мало что изменило. Из-за храпа соседа - вторая безсонная ночь. Высокий общительный старик из соседней палаты, обращаясь ко мне, говорит: «А Вы не похожи на других пациентов, Вы, наверное, священник?»

Пишу письмо главному врачу, извиняюсь. В письме такие строки: «Нехорошо обезпечивать свою идейность за счет других» (это по поводу моего отказа от медицинского полиса - одного из главных глобалистских документов). Реакция главврача: «Ваши деньги не обогатят больницу. Вам, как любому гражданину, необходимо иметь медицинский полис. Вы уже немолодой человек, Вам еще не раз придется обращаться к нам. Зачем Вам создавать себе проблемы? Почему я должен просить принять Вас без полиса, объяснять коллегам, что Вы не приняли его по религиозным соображениям». В письме главврачу я, как и в прошлые госпитализации, предложил провести несколько лекций в конференц-зале, в частности, на тему «Моя малая родина - Донбасс» (ответа на это предложение я не получил). Наступили больничные будни: многократные анализы крови (иногда не получалось взять кровь из вены на правой руке, тогда переходили на левую). Однажды медсестра, исколов мне обе руки, сложила вместе свои - попросила благословение на поездку в Турцию в отпуск. Благословив, кладу ей руку на голову, а она неожиданно целует мою израненную длань. Рентген по контрастному веществу, капельницы (одна из них закончилась, а игла еще полчаса оставалась вонзенной в вену). Вытянутый корпус больницы в 12 этажей напоминал огромный корабль. Внутри корабль напичкан современнейшей аппаратурой, которая урчит, мигает, пикает. В больничном корпусе заключена огромная концентрация человеческой боли, страданий, переживаний, невидимых человеческому глазу. Здесь, условно, конечно, есть свои и адские узилища, и райские обители - последние напоминает прекрасное физиотерапевтическое отделение. Ангелом хранителем этого отделения является его заведующая Галина Владимировна. Прекрасной души человек, отзывчивый и сердобольный. Проблемы пациентов воспринимает, как свои собственные. Каждого человека воспринимает как личность, а не как совокупность органов, имеющих проблемы. Листая мои медицинские справки и заключения, она, тяжело вздохнув, констатировала, что причина всему - нарушение обмена веществ от неправильного питания и малоподвижности. Как она радовалась, узнав, что камень у меня вышел и мне не придется делать мучительную операцию! Для тех, у кого обнаружены камни в почках, назначается процедура с токами различной интенсивности - это стимулирует их отход.

В больнице есть и свои «мытарства» - их напоминает транспортировка вглубь операционного блока и мельтешение сотрудников вокруг недвижных тел оперируемых.

Моим соседом по палате оказался бывший главврач больницы. Он рассказал, что раньше, до появления лазерного способа дробления, камни из почек извлекали с помощью сложной операции, после которой человек 2-3 месяца лечился.

Большим подспорьем и утешением для меня в больнице был храм. В нем я трижды в день совершал богослужения: полунощницу с семи утра, вечерню с 17-ти и малую павечерницу с 19-30. В комнате при храме я ночую - не очень уютно, но зато тихо. Под многими иконами в храме тексты молитв - их я постоянно читаю. Главный лейтмотив моих молений - горячая просьба о выходе камня, который связал меня по рукам и ногам. Если этого не произойдет, то, как сказал лечащий врач, меня ожидает «достаточно травмирующее его извлечение через эндоскопию».

Поразительно, что первое, что попалось мне в руки в храмовой библиотеке, были книги, в которых много говорилось о смысле страданий, о том, что наши грехи являются их причинами («О христианской вере» протоиерея Михаила Труханова и архимандрита Тихона (Агрикова) «Окрыленные у Троицы»): «Страдания очищают и просветляют душу, возносят сердце горе?» и т.п. Вспомнился отец, страдавший таким же заболеванием - стоны от его болей разносились по всей нашей усадьбе. Поразительно, что практически в тоже время, как и у меня, начались проблемы с почками и у младшего брата - только у него с правой стороны.

Не прибавило настроения, когда выявилось, что продолжается вторжение в больницу представителей одного из ближайших храмов. Странная у них методика - раз в неделю обходить палаты и предлагать причаститься. И это в то время, когда на первом этаже находится действующий храм, куда могут прийти все, желающие причаститься, а к тяжелым больным без проблем приходит священнослужитель.

Наступил последний решающий день моего пребывания в больнице. Накануне у себя в храме я совершил богослужения по случаю праздника Воздвижения Честнаго Креста Господня. Ночью плохо спалось, все мысли были о предстоящих контрольных анализах, которые должны показать, вышел камень или нет. Молитвенные взывания ко Господу, Его Пречистой Матери и угодникам Божиим достигли кульминации. У дверей кабинета УЗИ и на медицинском ложе внутри его я весь в напряжении. Как во сне слышу отчетливые слова медсестры: «А камня-то нет, он вышел». К глазам подступают слезы, в горле комок, в сердце - ликующая песнь благодарения. Как будто вновь родился. Спешу в храм для чтения благодарственных молитв. Улыбаюсь встречным, переполнен радостью от произошедшего, хочется ею поделиться с как можно большим числом людей. Бывший заведующий отделением на мои слова благодарности за помощь сказал: «Всевышнего надо благодарить». Я ему в ответ, что он и его коллеги - это орудия, через которые действует Бог. Всем своим существом ощутил, что как бы ни были искусны эти орудия, но если бы Господь не соблаговолил, то ничего бы не произошло.

 

Игумен Кирилл (Сахаров), настоятель храма свт. Николы на Берсеневке, член Союза писателей России

 

 

 

На карте
Телефон: 8-495-959-08-62
Адрес: Берсеневская наб., 18
На карте
 
КонтактыНа главную На главную